Яростно-синие волны до самого горизонта.
Тревожное, дымчатое небо, тонущее в рубиновом море заката.
Крошечный силуэт парусника в уголке... Узнали? Это Айвазовский!
Хотите купить? Нет проблем!..
Проблем действительно нет. Вопрос в другом: "чайнику", решившему
украсить тещин будуар "пейзажиком Левитана", выйти на людей,
торгующих этим товаром, непросто. Спецов, способных за несколько
часов найти для клиента подлинный шедевр, в Москве не больше
десятка. В Питере столько же. И все!..
Дилеры.
Сейчас на рынке работают два поколения "серых антикваров".
Старшее поколение - "штирлицы". Это искусствоведы, работники
музеев, преподаватели профильных вузов, ушедшие в бизнес еще в
советскую эпоху. Эти до сих пор соблюдают строжайшие правила
конспирации. "Штирлицы" не пользуются телефонами, а все деловые
разговоры ведутся исключительно в каких-нибудь затрапезных
кафе-мороженых. "Старики" панически боятся "органов" и ложатся
на дно при малейших признаках опасности. Один из знакомых
арт-дилеров пересказывал как анекдот свой разговор с патриархом
московского антикварного бизнеса: "На этой неделе мне два раза
звонили и спрашивали какую-то Тамару! Говорили, что ошиблись
номером. Это неспроста. Мне больше не звони. Возможно, я
перееду. Найду тебя через неделю сам".
"Штирлицы" стараются не привлекать внимания окружающих -
неброская одежда, подержанная иномарка, квартира хоть и в центре
города, но "доставшаяся по наследству". Конспирация -
неотъемлемая часть их жизни.
Арт-дилеры новой генерации - наоборот, без опаски швыряют
деньгами. Одеваются дорого и стильно в именных бутиках из
последних коллекций. Иномарка - чаще спортивная, тюнинговая -
японская. При себе - минимум два сотовых телефона. Один
"домашний" - для родных и друзей (на его звонки можно не
отвечать). Номер же другого телефона известен лишь деловым
партнерам, на его звонки отвечают в любое время - такова работа.
Клиенты.
Элита арт-дилеров работает с состоятельными гражданами. При этом
нередко клиенты не слишком разбираются в живописи. Разговор с
заказчиком обычно выглядит примерно так:
- Автор?
- Айвазовский.
- Слышал. А размер?
- Шестьдесят на метр.
- Достойно. Цена?
- Как обычно, соточка.
- А что нарисовано-то?
- Море.
- Беру. В столовую.
Такого рода "ценителей" интересует обычно, чтобы тона картины
гармонировали с обоями и портьерами. Картина, предназначенная к
продаже, проходит экспертизу. Как правило, ее проводят (частным
образом) эксперты Третьяковки. Подлинники, к примеру, того же
Айвазовского оцениваются примитивно: складывают длину и ширину
полотна.
Полученное количество сантиметров умножают на 1 тысячу долларов.
Убедить клиента в том, что это подлинник, и получить
подтверждающие документы (иногда даже эксперты Третьяковки не
берутся утверждать однозначно, что картина подлинная или
поддельная) невероятно трудно. Но без экспертизы цена товара
резко падает, и дилер рискует продать его дешевле, чем приобрел.
Еще один нюанс - репутация. Нельзя обещать клиенту того, чего
достать не сумеешь. Две-три "накладки", и от тебя отвернутся и
клиенты, и партнеры. Однако эти проблемы ничто по сравнению с
теми, что возникают при продаже подделки. В этом случае
последствия могут быть летальными - клиент пошел нервныйЙ
Поиск.
Прежде чем попасть в руки арт-дилеров, картины проделывают
стандартный путь. Возможны два варианта. Первый: "от предков".
Картины могут обнаружиться на дачах бывших военачальников,
членов верхушки партии или старой культурной элиты. Их потомки и
становятся "поставщиками" картин. Товар у них покупают
"народники" (торговцы, работающие "в народе", - низшее звено
иерархии) за четверть, а то и менее от рыночной цены.
"Народники" уже выходят на перекупщика с собственной клиентурой.
Второй путь шедевра на рынок - "поход по бабушкам", когда
картины хранятся у "чайников": людей, не подозревающих об их
подлинной ценности - они дороги им как память о предках.
Информацию о "бабушках" собирают по крупицам. Последние нередко
оказываются энергичными пенсионерками, воспитанными по-советски.
И лобовое предложение продать "память" кажется им бестактным. С
"бабушками" работают дилеры, обладающие навыками психолога.
Вот один из рецептов "разводки". Подсесть к "бабушке" на
лавочке. Выдержать паузу. Протянуть что-нибудь типа: "Ну и
времена настали..." Быть готовым выслушивать в течение получаса
тираду о трудностях российских пенсионеров, с поминанием всуе
Господа Бога, Сталина и Ельцина. Не забывать раз в две минуты
либо поддакивать, либо вздыхать. Увлеченная собственным
красноречием, "бабушка" выбалтывает ценную информацию: размер
пенсии, наличие родственников, бытовые запросы и "верх
мечтаний", каковым может быть лекарство, холодильник, а зачастую
просто человеческое отношение. Когда "клиент созрел", арт-дилер
между делом заводит речь о том, что он безуспешно ищет для своей
бабушки на именины "милый пейзажик". Размякшая пенсионерка порой
сама предлагает сделку. Рассказывают, как полотно
Петрова-Водкина было выменяно на путевку в санаторий и
калорифер.
Сделка.
Процесс купли-продажи выглядит так: доллары переходят от
покупателя к арт-дилеру. Последний расплачивается с бывшим
хозяином картины, оставляя себе комиссионные.
Схема бывает и иной, когда арт-дилер сначала покупает картину на
свои деньги, а уже после ищет покупателя. Сделка может
совершаться двумя способами. Если дилер купил картины на свои
деньги и уверен в их подлинности (на что имеет заключение
экспертизы), то покупателя оповещают о появившихся "новинках".
Как правило, клиент по Интернету получает фотографии товара.
Местом просмотра часто становится квартира или галерея самого
торговца. Практически у всех серьезных "серых арт-дилеров" есть
свои галереи с потайной комнатой для просмотра товара. Если же
арт-дилер не смог выкупить картину у продавца, то покупатель
выезжает к хозяину картины вместе с торговцем, где под честное
слово продавца и репутацию арт-дилера оставляет 100-процентный
залог. Деньги остаются неприкосновенными до тех пор, пока
доверенное лицо покупателя не убедится (при помощи экспертов) в
подлинности произведения. В этом случае арт-дилер получает
комиссионные после экспертизы.
Единственное правонарушение, которое совершают "серые
антиквары", - сокрытие части доходов от налогообложения. Они
редко связываются с криминалом - дорожат репутацией (*Предупреждение!
Не удалите эту ссылку: любопытные статьи, шокирующие факты,
развлечении: http://tebea.ru *) .
Рынок.
Естественно, что серый рынок имеет свои тенденции. Например,
сейчас вновь возник ажиотажный спрос на отечественную живопись.
Этой зимой "горячая пятерка" популярных авторов выглядела так:
на первом месте - Айвазовский (он пользуется спросом как лучше
всех вписывающийся в интерьер). Далее следуют Шишкин и Репин.
Замыкают список Маковский и Серебрякова. Последние отражают
"тенденции года".
Работы Маковского популярны за рубежом. Их покупают для
перепродажи за границу. Ажиотаж же вокруг работ Серебряковой
связан с тем, что обладатель самой большой частной коллекции ее
работ - пожилой и больной человек без наследников. Живет он в
Париже. После кончины коллекционера работы скорее всего будут
переданы в музей. Это означает, что работы Серебряковой на
вторичном рынке резко поднимутся в цене. По мнению арт-дилеров,
покупка Серебряковой - выгодное вложение денег (на сленге -
"перспективный материал").
Ситуацию на рынке отражает и такой показатель, как кражи. С
1995 по 2001 год, по официальным данным, в Москве было украдено
из музеев и частных коллекций 76 картин. Пик пришелся на
1995-1996 гг. (украдено 36 картин). Наиболее популярные у воров
отечественные авторы: Айвазовский (9 картин), Шишкин (3
картины), Левитан (3 картины), Маковский (2 картины), Суриков (1
картина).
Впрочем, по мнению специалистов, пропало больше полотен, просто
владельцы частных коллекций часто не заявляют о пропаже, дабы не
привлекать к себе внимания. Для них путь один - идти на поклон к
своим арт-дилерам.
Как утверждают арт-дилеры, в квартирах москвичей хранится еще
немало сокровищ, которым позавидовали бы лучшие российские
музеи.
Купи сегодня:
